Чем Украина привлекает инвесторов?
 12.09.2005, 18-02
 http://www.dn.kiev.ua/Interview/bleyzer_12_09.html
Деловая неделя
    
Больше 10 лет в Восточной Европе, а в частности, и в Украине работает компания-распорядитель фондов частного незаемного капитала Sigma Bleyzer В середине 90-х ей принадлежали пакеты акций (разного размера) около 100 предприятий. В настоящее время это количество сократилось до 50. Три первых украинских фонда развития, созданных компанией, привлекли и разместили в Украине в целом около $100 млн путем покупки акций предприятий из самых разных сфер: от сельхозмашиностроения до телекоммуникаций. Самыми крупными активами в настоящий момент являются: телекоммуникационная компания "Воля", "Севастопольский морской завод", "Полтавакондитер", Запорожский мясокомбинат, Мелитопольский завод тракторных гидроагрегатов, разработчик информационных систем управления "Софтлайн".

Не так давно президент Sigma Bleyzer Майкл Блейзер объявил о начале работы четвертого фонда, учрежденного компанией в Юго-Восточной Европе. Если три предыдущих вкладывали деньги только в Украину, то теперь география инвестиций расширяется также на Болгарию и Румынию, привлекательность которых растет в связи с их ожидаемым вступлением в ЕС. Украина тоже может в ближайшие годы в разы нарастить объемы иностранных инвестиций, причем, по мнению г-на Блейзера, нехватки в деньгах нет — может возникнуть нехватка хороших проектов.

Майкл Блейзер согласился прокомментировать, чем вызвано желание потратить большую часть от EUR200 млн, которыми будет обладать четвертый фонд, именно в Украине. Ведь еще в 2003 г. г-н Блейзер отмечал наличие существенных барьеров для привлечения иностранного частного капитала, и что лишь немногие из уже работающих здесь инвесторов были довольны местными условиями. Сегодня настроения должны, по идее, стать еще более мрачными: реприватизация, угроза большой инфляции, падение темпов роста ВВП, политическая нестабильность. Мистера Блейзера это, как оказалось, не пугает.

Правда, от обсуждения своих конкретных успехов и поражений в Украине он ушел, равно как и от комментариев о возможных направлениях будущих капиталовложений. Дескать, если будут публично названы предприятия или компании, которые SigmaBleyzer намерена приобрести, их стоимость моментально подскочит в разы.

— Какие условия побудили Вас снова привлекать деньги в Украину после семилетнего затишья?

— Работу над четвертым фондом мы начали около года назад, но я не уверен, что мы бы его запустили, если бы не произошла "оранжевая революция". Но сказать, что мы ждали семь лет, не совсем правильно. Наш бизнес — циклический. Запускаешь фонд, инвестируешь, получаешь результаты и начинаешь раздавать деньги. После этого ты можешь запускать следующий фонд. В нашем новом фонде записано, что я не могу запустить следующий фонд до тех пор, пока 70% капитала предыдущего фонда не будут распределены. В лучшем случае это занимает, как правило, два–три года.

Наш четвертый фонд на $250 млн должен был начать работать 1 сентября 1998 г. Процесс инвестирования был "заморожен" развалом российского рынка в августе 1998 г.

— Капитал фонда уже был распределен?

— Больше половины капитала было распределено. Но после 17 августа 1998 года мы сами сказали инвесторам, что сейчас инвестировать сюда нельзя. Поэтому нельзя говорить, что мы ждали какое-то время, чтобы запустить фонд. Ждали, чтобы ситуация в Украине нормализовалась. Как управляющая компания мы понимаем, что должны инвестировать с хорошей рентабельностью и риски должны быть соизмеримы с потенциальными доходами.

— Аналитики инвестиционного банка Merrill Lynch в аналитическом отчете, посвященном Украине, разочарованно констатируют, что ничего, кроме "революции", в Украине они не увидели.

— Таких высказываний в западной прессе появляется все больше. Это негативные моменты. Плохо и то, что звучат мысли, что в состоянии неопределенности придется находиться еще, как минимум, до марта следующего года. Новый инвестор первым делом разговаривает с теми, кто здесь уже работает. Приходят и спрашивают: "Какие условия работы в этой стране?" Как правило, следует ответ, мол, сложно здесь. А "сложно" — это не тот ответ, на который люди бросаются.

К сожалению, уже начинают появляться отрицательные моменты — инфляция, реприватизация, попытки регулировать то, что не нужно регулировать. И инвесторы говорят: "Ну, хорошо. Мы подождем. "Революция" — это хорошо, но теперь посмотрим, что будет дальше". Проблема в том, что промежуток внимания к событию у всего мира, как у пятилетнего ребенка — пока оно на уме, хорошо, а потом забыли. И все опять забудут, где Украина находится.

— А как Вы отвечаете инвесторам на эти вопросы?

— Мы тоже отвечаем, что сложно. Чтобы инвестировать в Украину, надо создать серьезную инфраструктуру для работы в этой стране для защиты от рисков. Мы создавали такую инфраструктуру десять лет и потратили на это миллионы долларов. Большинство новых инвесторов на это просто не согласны, а многие принципиально считают, что это неправильно. Они полагают, что когда ты приходишь в страну, она должна создавать все возможности для работы. Как в США. Там все предсказуемо: устоявшаяся законодательная база, судебная система, на которую можно опираться, низкий уровень регулирования экономики, мощный финансовый сектор, который позволяет одолжить недорогие финансовые ресурсы, свободное перетекание капитала. Это нужно иметь, чтобы инвестиции приходили автоматически. В Украине такого пока нет.

— Какие основные риски Вы видите в Украине?

— Меняющееся законодательство. Для инвестора очень важно постоянство. Простой пример — СЭЗ. Сама по себе их идея, с моей точки зрения, плоха. Если какая-то область или регион имеют преимущества по каким-то странным соображениям, то это приводит к коррупции и является нарушением принципов рыночной экономики. С другой стороны, когда СЭЗы отменили, были нарушены условия, при которых западные инвесторы осуществляли капиталовложения. Если кто-то делал инвестиции в СЭЗ, то невозможно "вытянуть дорожку" из-под него под предлогом того, что создание свободных экономических зон было плохой идеей.

Появились макроэкономические риски. Инфляция сейчас явно высокая и будет еще больше. Посмотрим, что произойдет с монетарной и фискальной политикой. Правительство заверяет, что они все держат под контролем. Нам хочется в это верить, но объективные показатели этого не подтверждают. Правовых рисков в тех масштабах, которые были раньше, в этой стране больше нет.

— Темпы роста ВВП снижаются, инфляция растет. Инвесторов это не пугает?

— Я бы не использовал такое сильное слово, как "пугает". Скорее, смущает. И инфляция, и снижение темпов роста ВВП — объективные факторы. Мы надеемся, что на конец года темпы роста стабилизируются и будут хотя бы 4-5%. Если же падение темпов роста будет продолжаться, то в следующем году мы увидим еще более тяжелую ситуацию.

— Какие шаги стоило бы предпринять правительству, чтобы избежать проблем в конце года?

— Жить по средствам. Не тратить больше, чем насобирали.

— А как же социальные выплаты?

— В этом и проблема, что пообещали много. Теперь надо выполнять обещания. Правительство сейчас находится в тяжелой ситуации. Есть политический элемент — парламентские выборы в марте следующего года. И ставки очень велики. Но даже все эти социальные выплаты украинская экономика могла бы выдержать (я говорю о коротком сроке), если бы увеличились иностранные инвестиции, которые перекрыли бы все возникающие дыры.

— По каким критериям Вы оцениваете перспективность того или иного бизнеса, и какие сферы считаете приоритетными для инвестиций?

— Некоторые люди называют нас портфельными инвесторами. Это неправильно, мы уже не являемся портфельными инвесторами. Таков был наш начальный бизнес. Диверсифицированный портфель небольших пакетов — хорошая стратегия для ликвидных рынков, где большой объем торговли ценными бумагами и легко выйти из вложений. В Украине не существует ликвидного фондового рынка. Поэтому портфельные инвестиции, к сожалению, сегодня в этой стране невозможны. Мы прекратили внедрение этой стратегии в 1999 г.

С тех пор наша компания занималась покупкой контрольных пакетов предприятий, что дает нам возможность влиять на стратегию развития компании. Важный нюанс отличия портфельного инвестора от private equity инвестора (т.е. от фонда прямого инвестирования. — Ред.), коим являемся мы, в том, что портфельный инвестор покупает акции и "молится", что, дай Бог, что-то произойдет, и акции вырастут в цене. Это чем-то похоже на казино Лас-Вегаса. Мы же ближе к стратегическим инвесторам. Единственная разница — стратегический инвестор вкладывает только в свой сектор. Мы же можем инвестировать в любой сектор, который нам нравится. Люди иногда заблуждаются, считая, что нас привлекают все секторы промышленности. Это не так. Мы оцениваем все проекты с точки зрения потенциала роста: может ли стоимость компании вырасти в 10 раз? Если ответ "нет", мы не будем этим заниматься.

— А если стоимость вырастет в пять раз?

— Нас это не устраивает. Объясню почему. Если мы прогнозируем десятикратное увеличение, то на самом деле рост получается не такой высокий. Если я знаю, что цена поднимется в пять раз, то, скорее всего, реально она вырастет в два раза. Понятно, что из 10-15 приобретенных компаний некоторые вообще не подорожают, но, благодаря развитию остальных, в среднем по фонду получится пяти-шестикратное увеличение.

— Какую доходность инвесторам Вы обещаете?

— Мы ничего не обещаем. Ожидания инвесторов от инвестиций в такую страну, как Украина, примерно 30% годовых. Эта рентабельность соизмерима с рисками и считается нормальной.

— После наращивания капитализации Вы компанию продаете?

— Наш бизнес и заключается в том, чтобы потом ее продать.

— В таком случае это похоже на венчурное инвестирование.

— Венчурное инвестирование — это инвестирование в начальную идею. А private equity инвестор приобретает уже существующую компанию, которую потом реструктуризирует, наращивает ее стоимость и продает стратегическому инвестору. На ближайшие несколько десятилетий, по моему мнению, это самое интересное направление работы на развивающихся рынках.

Для привлечения "стратега" в страну нужен целый ряд условий. Во-первых, уровень нынешних рисков не устраивает таких инвесторов. Во-вторых, игроки рынка здесь мелкие, фрагментация рынка высока, "стратеги" не будут покупать 25 мелких компаний для консолидации. Они либо покупают одного большого игрока, либо строят все заново. В-третьих, как правило, те активы, которые покупаются, надо перестраивать и реструктуризировать. Только, к сожалению, большинство компаний сами по себе никогда не перестроятся или реструктуризируются. Всем этим мы и занимаемся.

— Сколько времени проходит от момента покупки предприятия Вашим фондом до продажи?

— Период, за который можно что-то сделать, по нашим подсчетам составляет минимум три года. Наш подход — инвестиции на три-пять-семь, если нужно — десять лет. Все наши фонды рассчитаны на десятилетние инвестиции.

— Каким образом Вы наращиваете стоимость предприятий?

— У предприятий стран с развивающейся экономикой набор проблем очень похож. Во-первых, не умеют считать деньги, все пытаются свести к обычной бухгалтерии. Во-вторых, отсутствует понимание рынка вообще и правил работы на нем. Работают по принципу: сделали, а там уже как будет, так и будет. Некоторые объекты, которые мы приобретали, были ужасно структурированы — огромное количество подразделений в холдинге, которые непонятно чем занимаются. Это непрозрачно и зачастую приводит к дополнительному налогообложению. Подобные проблемы мы пытаемся решить. Потому что не сможем заработать деньги, если не создадим ценность в предприятии.

К сожалению, нет комментариев Майкла Блейзера того, насколько для фонда останется привлекательной промышленность Украины после недавней отставки правительства и назначения и.о. премьер-министра Украины Юрия Еханурова, так как беседа состоялась до этих событий. Но в целом и общем, эти явления можно рассматривать как одно из составляющих политической нестабильности, о которой г-н Блейзер говорил выше.

Персона
Родился в 1951 г. в Харькове. Окончил Харьковский институт радиоэлектроники. В 1978 г. выехал из СССР в США. В начале 80-х журнал Forbes назвал его одним из четырех наиболее успешных эмигрантов из Советского Союза. С 1993 г. он возглавляет международную инвестиционную компанию SigmaBleyzer, которая управляет средствами семейства Украинских фондов развития (UGF) и инвестировала в экономику Украины более $100 млн. В конце августа 2005 г. г-н Блейзер объявил об учреждении четвертого фонда, распоряжающегося EUR200 млн.

По материалам Экономических известий